12 июня 1916 года стало переломным для истории России. Империя вышла из мировой войны и сосредоточилась на сохранении расшатавшихся было устоев власти. Революционные движения подверглись серьезным гонениям, династия Романовых сохранила престол. История приняла совершенно иной оборот.

Игровое время: игра приостановлена. Форум остро нуждается в соадмине. Обращаться в гостевую.

Гостевая внешности персонажи сюжет общие вопросы правила акции

Российская империя: новая история

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Императорский отпуск

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

Наименование: Императорский отпуск.
Дата и место события: 22 июня 1916 г., борт "Штандарта"
Участники: Татьяна Николаевна, Ольга Николаевна, Феликс Юсупов, Олег Ягужинский (Аркадий Кирпичников)
Сюжет: Наконец-то война закончилась, и можно снова вернуться к привычным занятиями и укладу жизни. Государь принимает решение выехать в финские шхеры на охоту, и, конечно, дети в восторге от этой затеи, но не все так просто в императорской семье. Ольга настояла на том, чтобы ее учитель поехал с нею, и Ягужинский не оставляет попыток рассорить сестер. Мария Николаевна тоскует по своему возлюбленному и бесконечно дуется на всех. Анастасия Николаевна шкодит, а вот какие мысли носит в сердце Феликс Юсупов, чьи отношения с августейшими родственниками несколько подпорчены несхожестью взглядов на фигуру одиозного старца Григория?

http://i95.fastpic.ru/big/2017/0619/be/9d54a707d0d9fe34b5c50df7ef6996be.gifhttp://i95.fastpic.ru/big/2017/0619/d7/072c9adb1783179266735d3ccf9da5d7.gif
http://i95.fastpic.ru/big/2017/0619/23/ffe34f0addaa120af6b5a2a74963cc23.gifhttp://i95.fastpic.ru/big/2017/0619/8d/06f086ffff5c90bcfcde72337d10508d.gif

0

2

Два года кровопролитной войны казались целой вечностью, и до сих пор не верилось, что, наконец, весь этот ужас завершился. Хотя завершился ли? Еще долго матери, вдовы и дети будут оплакивать не вернувшихся с полей сражений сыновей, мужей и отцов. Немало времени понадобится и для того, чтобы многочисленные лазареты покинули последние раненые, полностью излечившиеся или на всю жизнь оставшиеся калеками. Война ещё долго будет напоминать о себе, и пройдёт немало времени прежде, чем можно будет сказать, что тень её исчезла и более не оставляет свой отпечаток на жизни каждого человека. Но, тем не менее, даже в эти непростые дни можно уже заметить, как тёмные времена, полные слёз и страхов, постепенно отступают. Вот впервые за два года и императорская семья, наконец, может хотя бы попытаться вернуться к привычной жизни. Еще вчера Татьяна и её старшая сестра в ставших для них привычных формах сестёр милосердия были в одном из госпиталей в Петрограде, а уже сегодня они вместе с остальными членами семьи и свитой находятся на борту «Штандарта».
Решение императора отправиться на охоту в финские шхеры знаменовало собой возвращение двора и света к привычной жизни. Если царская семья может позволить себе подобный досуг, то, значит, и правда всё самое страшное должно было остаться позади. Хотя, конечно, это было лишь видимостью. Ведь даже внутри императорского дома было не всё так просто. Время войны, которое должно было бы, казалось, сплотить династию на благо империи, лишь еще больше обострило отношения между Романовыми. Всё громче звучали недовольства из Владимирского дворца, всё чаще Великие князья не стеснялись открыто сомневаться во власти и решениях государя. Да и в малой императорской семье тоже чувствовалось некое напряжение. Если о том, что творится за пределами Александровского дворца, Татьяна могла знать лишь отрывочно, то не чувствовать как всё меняется между ними с сёстрами она не могла.
Когда семья и свита расположились на борту, и императорская яхта отправилась в путь, Татьяна, сначала навестив императрицу, отправившуюся отдыхать, расположилась на палубе в плетеном кресле рядом с сестрой и Аней Вырубовой. Свежесть, исходящая от воды, и легкий ветерок приятно щекотали кожу, дышалось здесь легко и свободно. Жаль, не чувствовалось той же легкости от присутствия здесь же и прочих лиц. Например, князя Юсупова, нынче приглашенного на яхту вместе со своей молодой супругой, кузиной великих княжон, и их маленькой дочкой. Татьяне казалось несколько странным то, что отец решил пригласить Феликса с ними на охоту. Конечно, большую роль здесь играло то, что князь, женившись на Ирине, теперь считался в некотором роде их родственником. Но нельзя забывать, что отец никогда не одобрял дружбы Дмитрия с Феликсом, а матушка успела разочароваться в его матери, с которой когда-то поддерживала дружеские отношения, да и сам молодой князь не мог у неё вызывать тёплых чувств, ведь он, как и Дмитрий, не скрывал своего отношения к их Другу. И потому, как относиться к этому человеку, Татьяна не знала. Доверия и расположения он, конечно, не вызывал, но и выказывать пренебрежение к нему было нельзя, ведь так ненароком можно было задеть и Ирину.
- Машка по-прежнему ходит в расстроенных чувствах и не хочет ни с кем разговаривать, - прервала молчание Таня, обратившись к сестре. – Какая глупая. Мы, наконец, снова на «Штандарте», а она капризничает. Надеюсь, хотя бы ты рада тому, что мы снова здесь? – великая княжна внимательно посмотрела на сестру. Вчерашний неловкий случай в лазарете на театральной заметно испортил настроение Ольги, и Таня хотела понять, не расстраивается ли Лёля до сих пор из-за этого. В последнее время старшая сестра часто бывала сама не своя.

+3

3

Великие княжны одеты так

http://i93.fastpic.ru/big/2017/0623/6c/32bc23bec23967e400805d6e8688ec6c.jpg

Отдых на «Штандарте» оказался для Лёли полной неожиданностью. Ох, вернее, конечно, она была готова к этому. Еще позавчера Мама объявила к общей бурной радости о прогулке до финских шхер, но в скорости первые чувства спали, и осталась какая-то недомолвка, недосказанность во всем происходящем. Да, война теперь окончена, и Папа будет рядом, с ними, и чего желать лучше? После бессонных ночей, тоски и переживаний по поводу фронтовых событий можно немного отпустить ситуацию, ненадолго, совсем на чуть-чуть забыв о накопившихся заботах, отдаться беспечной радости наслаждения природой в компании семьи и друзей. Ольга сидела в плетеном кресле, держа на коленях книгу и делая вид, будто читает. Это было одно из жизнеописаний императрицы Екатерины II Алексеевны. Олег Игнатьевич рекомендовал почаще обращаться за советом к мудрости величайшей из женщин, и Ольга в очередной раз послушно следовала его совету. Граф никогда не предлагал ей сделать ничего, что бы привело к дурному результату, и старшая дочь государя видела в нем доброго советчика. «Штандарт» всегда был для них всех своего рода отдушиной, свободой, позволявшей отвлечься от усталости тревог. Но в этот раз все складывалось как-то… несуразно, что и занимало мысли Великой княжны. Началось все с Машки, едва не устроившей истерику по поводу разлуки с Деменковым. Никто не воспринял ее слова всерьез, и вот уже который час она сидит у себя в каюте и дуется. Ужасно неловко перед всеми… А самой Ольге все вокруг напоминает ее встречи с Павлом Вороновым. Вот здесь они сидели и болтали о разных глупостях, вот там гуляли, вглядываясь в горизонт и обсуждая любой проплывавший мимо пейзаж или недавно читанные обоими книги. Теперь его нет… Сердечная рана, разумеется, зажила, и последнее время Лёля чаще думала о Мите Шах-Багове, но покачивающаяся палуба яхты заставляла терять равновесие не только тело, но и душу царской дочери. Воспоминания придавили ее гигантской массой разнообразных переживаний, не давали отвлечься. Беспокойство о Мари и Бэби тоже не оставляло девушку. Рядом, мерно стуча спицами, что-то вязала Аннушка. Мама не выходила сегодня. Кажется, у нее, бедной, опять болит голова. Ольга подняла задумчивый взгляд на палубу. А, может быть, государыня просто не хочет видеть Феликса? Факт того, что неожиданно Юсуповы приглашены на борт «Штандарта» до сих пор не укладывался у нее в голове. С одной стороны, Лёля понимала необходимость налаживания, наконец, добрых отношений внутри семьи, ибо последнее время из долетавших до нее все чаще слухов Великая княжна с ужасом узнавала о том, в каком тоне говорят о них всех прочие родственники. Граф Ягужинский старался смягчать новости, но даже то, что он скупо ей рассказывал, приводило Ольгу в состояние растерянности  -за что и почему они так относятся к ним? Та беседа, случившаяся в пригороде Петрограда в начале месяца между нею и Олегом Игнатьевичем по этому поводу крепко запала в душу и не отпускала до сих пор. Кроме всего прочего, в чуткой душе царевны все еще оставался отпечаток вчерашнего происшествия на Театральной, когда ее любопытство поставило в неловкое положение двух милых, добрых людей. Господа Кирпичников и Шапошников показались ей славными полицейскими, вежливыми и приятными. Великой княжне не хотелось, дабы у них из-за такой сумбурной встречи были неприятности. И самое обидное, что о них не у кого спросить. Потерявшись среди вороха невеселых мыслей, Ольга не сразу услышала, как с ней заговорила бывшая рядом Татьяна.
- Я? – рассеянно и несколько сонно повторила Великая княжна, перелистывая страницу не глядя в нее. – Да, да, все хорошо, - Леля, как будто скинув дрёму, заторопилась ответить более  живо. – Только страшно жарко! Мне кажется, что я скоро растаю, как шоколад. Уф… Я словно заснула с открытыми глазами! – она слабо улыбнулась и посмотрела на сестру. Ей хотелось о многом поговорить с ней: узнать ее мнение по поводу приглашения Феликса, который вдруг впал в милость в отличие от Дмитрия Павловича, спросить по поводу новых знакомцев с Театральной и как, по мнению Таты, можно отвлечь бедную Мари? Но рядом была Аня, и Ольга не рискнула быть откровенной в ее присутствии. Последнее время ей легче было секретничать с Олегом Игнатьевичем, он всегда как-то очень удачно находил возможность освободить ученицу от любого общества и в процессе обучения помочь ей высказать наболевшее. Великая княжна оглядела палубу в поисках графа и не обнаружила его. Вздохнув, Леля закрыла книгу и поднялась на ноги, намереваясь прогуляться, вопросительно взглянув на сестру – пойдет ли она с ней?

+3

4

Война закончилась. Много кто считал, что не стоило в нее и ввязываться, но даже они считали, что выход из войны - благое дело. Это означало, что о Российской Империи вновь заговорят, как о государстве, правительство которого делает все, чтобы не допустить проблем внутри страны. Конечно, Феликс считал, что сейчас Россия сделала шаг назад по сравнению с тем, что было до начала войны, но то, что все революционеры, которые только только подняли голову на фоне войны, теперь пребывают в ссылках и на каторгах, действительно было победой. Российская Империя отразила врага, как внешнего или внутреннего. Или почти отразила. Влияние Распутина никто не отменял, и если по какой-то причине он не противился выходу из войны, то, скорее всего, вынашивал какие-то новые планы.
Правда, на борту "Штандарта" Распутин не наблюдался, что, по мнению, Феликса, свидетельствовало лишь о том, что он валяется где-нибудь пьяным после веселой ночи.
С окончанием войны последовало и еще одно событие, удивившее семью Юсуповых, и, в частности, самого Феликса. Не смотря на то, что Император одобрил его брак с Ириной, отношение между их семьей и двором были более, чем натянутые. Зинаида Николаевна так и не вернула былую дружбу с Александрой Федоровной. Императрице было известно каких суждений Зинаида Николаевна касательно положения в стране, и довольно скоро их разногласие превратилось в подобие вражды. В прошлом остались встречи в Царском Селе и тесная дружба с царской семьей. Да и дружба Феликса с Дмитрием до сих пор вызывала у Императора не самые хорошие чувства. То время, когда они едва ли не поссорились из-за Ирины, и та обида, которая возникла между ними, постепенно прошла. Теперь вновь они сошлись, найдя общего врага в лице Распутина. Тем не менее, Феликсу и Ирине все поступило приглашение отправиться вместе с императорской семьей на охоту. Возможно, решающую роль здесь сыграла Ирина, о родстве которой с Николаем II трудно было бы забыть. В любом случае, новое сближение с семьей Императора Феликсу было только на руку. Он всегда был приверженцем власти государя, считая, что за большую часть поступков Императора ответственный "старец". Возможно, вскоре все изменится. Влияние Распутина велико, но все имеет свое начало и свой конец. Власть "старца" не может быть вечной.
Конечно, эта поездка на "Штандарте" сильно отличалась от прежних встреч с императорской семьей. Многое было пережито, многое было не забыто. К тому же, Феликс никогда не был близко знаком с детьми Николая II, поэтому не мог не ощущать некоторую скованность от этой поездки. Вся семья императора была в восторге от Распутина, и не было рядом человека, который мог бы разделить его взгляды. Разве что Ирина, которая всегда его поддерживала. Но разговаривать с Ириной о Распутине на борту "Штандарта" было, по меньшей мере, глупо и не дальновидно. Ирина не тот член императорской семьи, с чьим мнением будут особо считаться, а лишние разногласия во время время этой встречи будут не на руку Феликсу. Следовательно, придется на какое-то время забыть о своем отношении к Распутину и настроиться на то, что нельзя уводить разговор с кем бы то не было дальше светской беседы.
На палубе "Штандарта" не было многолюдно. Возможно, кто-то предпочел найти себе более интересное занятие, чем прогулки по палубе, к тому же, по мнению Феликса, картины за бортом не были настолько разнообразными, чтобы следить за их изменением. Не так далеко от того места, где Феликс поднялся на палубу, он заметил Великую княжну Ольгу и Великую княжну Татьяну в компании Анны Вырубовой. Полноватая Анна, известная Феликсу своим расположением к Распутину, вызывала у него только негативные чувства. Ее суждения были далеки от верных, а влияние на Императрицу она имела не меньше самого Распутина. К тому же, сама лично были инициатором встреч Распутина с Императрицей в Царском Селе.
Какое-то время Феликс всерьез обдумывал, чтобы уйти с палубы незамеченным. Такая возможность у него еще была. Но бегать от всех невозможно. Жизнь начинает налаживаться и не следует упускать момент.
- Ольга Николаевна, Татьяна Николаевна, - произнес он, подходя ближе и наклоняя голову. - Мы довольно давно с вами не виделись. Последнее время война была на первом месте. Но теперь все изменится, не правда ли? Анна Александровна, и Вы здесь? Стало быть это путешествие действительно будет занимательным.

+3

5

Ягужинский

http://i96.fastpic.ru/big/2017/0626/81/a2d8513a2ab292375b4b535cdfbfe781.jpg

Олег Игнатьевич Ягужинский, граф, 53 года, вдовец, занимает при дворе положения учителя логики для Великой княжны Ольги Николаевны, входит в ближайшее окружение Григория Распутина, идейный вдохновитель кружка, планирующего возвести старшую дочь государя на трон, человек по природе эгоистичный, равнодушный, умный и осторожный.

одет

https://s8.hostingkartinok.com/uploads/images/2017/06/f180a6d00a0c1c0741b6dcabeadc6e43.jpg

- Марья Николаевна, - Олег Игнатьевич тактично постучал в дверь каюты. – Марья Николаевна, ну, будет Вам, матушка, серчать, - простоватый говорок графа, выработанный им для создания иллюзии приверженности кондовой старины, попахивающей стойким монархическим консерватизмом, как правило, забавлял младших августейших детей, и Ягужинский из кожи вон лез, дабы соответствовать фальшивому облику добродушнейшего старика. – Марья Николаевна, оно ж дело-то как повернуть можно, знаете? – придворный интриган перешел на задушевный шепот и склонился к самой замочной скважине. Олег Игнатьевич знал, что любой ребенок подсознательно ждет, когда его придут утешать, интриговать, отвлекать от его горести и в очередной раз пытался разыграть карту друга семьи. – Представьте себе, как Николай Дмитриевич обрадуется, ежели Вы ему гостинцев привезете! Помилуй Бог, на островах нынче и цветы собирать можно, и камешки разные… С умом можно славный сувенир сделать. Памятный, так сказать, знак…, - рядом с дверью шумно всхлипнули, что означало внимание дочери государя к затее преподавателя логики.  «Вот ужо лучше. Выбирайся, царевна-несмеяна, дай мне ухватится за эдакую возможность выслужиться!». Деменков всегда был беспроигрышным вариантом в случае с Марией. Граф изучал императорскую семью, их привычки и увлечения, стараясь подобраться поближе к каждому из них, стать «своим», доверенным лицом, необходимым для них хранителем секретов, которые впоследствии возможно умело использовать. Оставив Великую княжну наедине с подброшенной им мыслью, Ягужинский дошел до каюты цесаревича и поучаствовал в его возне с младшей из сестер, после чего посчитав свою миссию по мельканию на глазах на сегодня выполненной, решил подняться на палубу. Ему нельзя было оставлять неуравновешенную Ольгу наедине с ее сумбурными, глупыми мыслями, иначе вовек из нее императрицы не сделаешь, особенно если рядом с ней будет находиться осторожная Татьяна. Предположив, что, скорее всего, Большая Пара будет снова вместе, Олег Игнатьевич решил начать ход очередной шахматной партии с пешки в сторону любимой дочери императрицы и для этого ему понадобится милый нюанс, так сказать, виньетка для выхода на сцену. Выбор графа пал на ничего не подозревающую Ортипо, которую он после некоторых поисков обнаружил запутавшейся среди канатов и сгреб собаку в охапку. Бульдожка попыталась укусить неожиданно сцапавшие ее руку, но хлестко получила по морде и примолкла, поэтому на палубе, где собрались офицеры «Штандарта» и прочее окружение царской семьи, Ягужинский явился с благодушной улыбкой на лице, неся на руках собаку и почесывая ей ушко. Легкая, едва не подпрыгивающая походка Олега Игнатьевича демонстрировала его веселое расположение духа, и всем своим видом он как бы говорил: «Посмотрите на меня, дамы и господа, моя первая же выездная прогулка в столь высокочтимой компании доставляет мне исключительно приятные эмоции». При этом Ортипо не выражала ни радости, ни печали, беспокоясь, как бы снова не получить в нюхальник, все-таки она была не глупым животным. Неожиданно на палубе графа ждал неприятный сюрприз. Князь Юсупов, которого он считал недостаточно гибким для возможности сделать шаг в направлении примирения и потому не видел в неоднозначной фигуре родственника Романовых потенциального соперника своему влиянию, вдруг завел разговор с царскими дочерьми. Прикрываясь Распутиным и напускной личной преданностью, Ягужинский прекрасно понимал, что является малосимпатичной персоной для правдолюбцев и радетелей о государственном счастье, но так как и сами подобные господа и дамы не всем доставляли удовольствие собственными суждениями, то Олег Игнатьевич чувствовал себя вполне комфортно, ощущая, как в нем видят такую же неотъемлемую часть престола государства Российского, как, например, и в Аннушке Вырубовой, этой толстой, глупой корове. Ленивый, пассивный Юсупов не был опасен, но вот Юсупов вдруг деятельный, вдруг начавший игру, мог сойти за достойного оппонента. Надо было срочно отодвинуть его от Великих княжон, с которыми он неожиданно вдруг решил сойтись поближе. Граф, обмахиваясь  фетровой шляпой, поспешил к светскому обществу.
- А солнышко-то печет преизрядно! – Олег Игнатьевич вступил в разговор вольно и без тени смущения, обращаясь ко всем сразу. – Истинный Бог, не успеешь оглянуться, а почернеешь, будто негритенок, - Ягужинский хотел было взять шляпу в другую руку, и тут же спохватился, будто только что вспомнил: у него ж подмышкой собачонка! – Вот, Татьяна Николаевна, поглядите, какую пропажу нашел! Забралась, значит, сия мордаш в канаты, а выбраться не может. Сидит и скулит так тихонько, мне ажно поблажилось, словно мышка затаилась. Я туда глядь, а вот она, красота Ваша. Примите уж на Ваши ручки, утешьте животную! – Олег Игнатьевич протянул Ортипо Великой княжне, а сам уже подмигнул своей ученице: - Небось, вовсю учите силлогизмы, Ольга Николаевна? В такой-то располагающий к наукам день! Анна Александровна, Вы всеобязательно покажите мне, что там ворожите из шерсти! Вещицы у Вас любо дельные получаются! Одно удовольствие на них смотреть, а уж носить –и подавно! – учитель августейшей царевны, лучезарно улыбаясь самой наивной улыбкой, обернулся к Феликсу Феликсовичу. – Ваше сиятельство, не имел чести быть с Вами знакомым лично, но теперича с радостью восполняю такой досадный пробел! Граф Ягужинский, Олег Игнатьевич, всегда к Вашим услугам.

+3

6

Ответ Ольги, рассеянный и сумбурный, лишь только больше укрепил Таню во мнении, что со старшей сестрой происходит что-то странное, и даже прогулка на всеми любимом «Штандарте», в окружении столь дорогих людей, не может поднять настроения Лёли.
- Неужели книга не столь интересна? - словно невзначай поинтересовалась Таня, поднимаясь следом за сестрой с плетеного кресла. Анна Александровна, на мгновение подняв взгляд на великих княжон, лишь улыбнулась. Тучной даме, да ещё и с больными ногами, было бы сложно составить компанию юным девушкам в прогулке, так что в любом случае она предпочла бы остаться на месте и продолжить вязать. А вот Таня была не прочь пройтись вместе с сестрой по палубе и, может, наконец, откровенно с ней поговорить. Не заметить изменений происходивших с Ольгой было сложно, особенно для Татьяны, которая с детства почти неразлучна была со старшей сестрой. Они и сейчас сохраняли эту крепкую связь. Только вот были ли они до сих пор такими же неразлучными? С появлением рядом с их семьей графа Ягужинского изменения в Ольге стали заметны ещё более. То в разговоре обязательно упомянет о том, что говорит и думает Олег Игнатьевич, то на загородную прогулку отправиться вместе с ним, забыв дождаться сестру. Возможно, в Тане просто взыграла обычная ревность оттого, что Лёля словно нашла ей замену, причём весьма странную, и теперь предпочитала спрашивать совета и мнения ни у родной сестры, а у своего учителя. А, может, здесь было что-то совсем иное, и дурное предчувствие вовсе не просто так в последнее время всё чаще одолевало вторую императорскую дочку. И именно об этом бы стоило, наконец, поговорить сёстрам, но они не успели сделать и пары шагов, как перед великими княжнами появилась фигура князя Юсупова.
- Феликс Феликсович, - сдержанно поздоровалась Татьяна, в ответ приветственно кивнув мужу кузины. Вот только его здесь и сейчас не хватало. Но из чувства такта, светских условностей и пресловутого факта родства никак нельзя было от него отмахнуться. -  Милостью Господа, возможно, всё скоро вернётся на свои места, насколько теперь это возможно. Мы очень рады, что вы с Ириной приняли приглашение Папа. А где же сама Ира? Наверное, возится с малышкой в каюте? - Таня слегка улыбнулась при словах о кузине и её дочке.
Так странно было осознавать, что Ирина, частая участница их детских игр и забав, теперь уже жена и мать. Но долго размышлять о том, как быстро пролетело время, Таня не смогла. Появление рядом графа Ягужинского вернуло её к прежним невесёлым мыслям. Олег Игнатьевич был, кажется, очень весел и доволен тем, что также удостоился приглашения на императорскую яхту.
- Ох, да, она очень непоседливая, - Таня удивленно уставилась на свою Ортипу. И как она оказалась в руках у графа? Нет, конечно, он рассказал сию забавную историю, но бульдожка сидела столь тихо и спокойно в чужих руках, что совсем было непохоже на эту шкодливую собачонку. - Спасибо, Олег Игнатьевич, что нашли её, надеюсь, более она не потеряется, - приняв из рук учителя логики своего питомца, Таня опустила Ортипо на кресло, которое сама занимала несколькими минутами ранее, и вновь обернулась к своим собеседникам, в то время, когда граф как раз представлялся Феликсу. Вот уж компания у них собралась, теперь уже душевного и откровенного разговора с Олей никак не получится. В мыслях Таня очень расстроилась, предпочтя, чтобы оба их собеседника скрылись где-нибудь в своих каютах и не показывались хотя бы до вечера, но внешне никак этого не показала, оставаясь по обыкновению спокойной и серьезной, какой её и привыкли видеть свита и члены семьи.

+3

7

Вопрос о книге застал Ольгу врасплох. Перелистывая страницы, она совсем потеряла нить сюжета и забыла, о чем шла речь. Первым порывом ее было желание посмотреть на обложку, дабы вспомнить, кто этот английский автор и как называется произведение, которое она держит в руках, но тут же на ум пришла стыдливая мысль, что это неловкое движение не ускользнет от внимания сестры, и та догадается, что Лёля все время вместо чтения витала где-то в облаках. А значит, ее могу ожидать новые вопросы… Великой княжне не хотелось раскрывать Тане всю глубину своих переживаний: тревога за Бэби и Папа, неустойчивое положение России после столь стремительного и сумбурного окончания войны, давление родственников, чьи недовольные лица не укрывались от чуткого взгляда старшей из дочерей государя, совсем где-то пропавший Митя Шах-Багов… И Мама… Ее бледное, уставшее лицо со слабой улыбкой на губах. Ольге вдруг захотелось поговорить обо всем с Олегом Игнатьевичем. С высоты его житейского опыта и мудрости происходящее воспринималось легче и проще. Конечно, хорошо было бы послушать и Григория Ефимовича  - от его слов всегда тяжесть словно спадала с души, но с некоторых пор визиты старца прекратились, и, не смотря на всеобщее молчание на этот счет, Великая княжна понимала, с чем связано подобное отстранение друга семьи от царствующей фамилии. Граф Ягужинский тоже несколько раз обмолвился, сетуя на досужие слухи, распускаемые завистниками, которые старались укрепить свое влияние на решения, принимаемые Папа, и поэтому всеми силами старались устранить добрых советчиков прочь. Может быть, именно поэтому Оля с такой настойчивостью вцепилась в своего учителя логики, пытаясь ввести Олега Игнатьевича в круг близких друзей и закрепить его право, демонстрируя, что никому не позволит лишать себя людей, с которыми ей так легко и хорошо. Пример Екатерины Великой все больше вдохновлял Лёлю, и то, как характер Великой княжны – и без того непростой – становился все упрямее, не мог не пугать ее саму, добрую и мягкую по природе и воспитанию. Так что простой вопрос Татьяны оказался для занятой невеселыми мыслями Ольги сложным испытанием.
- Я еще не успела понять, - произнесла, наконец, она, чувствуя, как на щеках выступает румянец. Лгать и скрывать свои чувства старшая царевна не умела вовсе. – Но все равно совсем не захватывает. Почитаю что-нибудь другое, - девушка отвела взгляд в сторону, встретилась глазами с Аней и улыбнулась ей в ответ, несколько растерянно и как будто извиняюще за общую неловкость момента. Ольга до жути боялась, что Таня сейчас спросить что-нибудь еще, причем не отвлеченно, а прямо в лоб, а у нее совсем нет слов, чтобы сочинить верный и нужный ответ. Неожиданно к ним присоединился Феликс, приглашение которого удивило всех Романовых, и, кажется, Мама была недовольна, но согласилась с доводами Папа о необходимости примирения в семействе. Конечно, об этом Леля знала только по слухам, которые ей усердно приносил верный учитель, но, признаться, некоторую неприязнь к мужу Ирины сестры испытывали не только из-за ссоры Юсуповых с Мама, после чего они перестали посещать августейшую родню. Лично Ольге не нравилось сибаритство Феликса, который в сложное для отечества время не пошел на войну и вообще в сущности ничем не занимался. Для деловитой Великой княжны, занятой комитетами, лазаретами, а в свободное время  - ручным трудом, это казалось каким-то вызовом христианскому трудолюбию, но даже сейчас Лёля была готова протянуть руку примирения, и все же что-то пошло не так. Вместо привычного обращения по имени оба собеседника вдруг взяли сухой, деловитый тон, и Ольга, сначала обрадовавшаяся, что появление Феликса избавит ее от объяснений с Татьяной, теперь стушевалась.
- Мы, правда, очень рады, что вы с Ириной тоже поехали, - несколько неуверенно вступила со своей речью после Тани Ольга. - Эта война, слава Богу, закончилась, и теперь все будет непременно хорошо! Да, мы так давно не виделись с Вами. Помните, в прошлом году как раз в эти дни вы с Ириной пили у нас чай и смеялись над Андрюшей*, который ходил пажом со шпорами и так забавно конфузился? Вы поедете осенью в Ливадию? Я так соскучилась по Крыму - просто страсть как. И по «Штандарту» тоже… Так хорошо теперь здесь очутиться. Вы тоже будете охотиться? Или погуляете с нами? Надеюсь, что у нас будет время поиграть в теннис, - Лёля говорила и заливалась краской, чувствуя неловкость момента, и вдруг, как будто, ощутив, что ученица нуждается в помощи, как из-под земли появился смешной и добрейший граф Ягужинский с Ортипо подмышкой. Причем, эта сцена выглядела так забавно, что Ольга невольно тихо хихикнула, прикрыв рот ладонью, дабы никого не обидеть. – Олег Игнатьевич, я совсем ничего не учу! – в глазах Ольги мелькнули хитрые искорки. – Мне совсем напекло голову, и вот - меня Татьяна спрашивает, про что я читаю, а солнце так сморило, что я совсем ничего не поняла, буквы прыгали вверх-вниз, - краска с лица Великой княжны отхлынула, и она заметно расслабилась. Ее учитель, чтобы там ни думали, был милым и хорошим человеком, и то, что он не отставил собачку в беде, еще раз подтверждает, какая у него светлая душа.

_____________________________________
* - имеется в виду Андрей Александрович - брат Ирины Александровны Юсуповой

+3

8

Яхта "Штандарт" всегда была любима императорской семьей. И дело было не только в том, что она использовалась для отдыха августейших особ, но и для приемов официальных лиц. Конечно, об этой яхте ходило много разговоров, и многие хотели бы побывать на ее борту. С одной стороны прибывание на борту "Штандарта" доставляло Феликсу удовольствие, с другой же - те, кто сейчас находился вместе с ним, претили ему. Императрица, ее дочери, их окружение, все, как один, почитатели "старца" Распутина. Думают, о чем он скажет, расположены к нему, слушаются его. Возможно, по этой причине возникло напряженное отношение между Императрицей и Дмитрием Павловичем. В любом случае, Великого Князя на борту не было. Это еще больше удивляло Феликса. Конечно, возможно и то, что приглашение ему и Ирине поступило непосредственно от Императора, который, по мнению Феликса, был гораздо более дальновидный, чем Александра Федоровна. Неизвестно, чем руководствовался Император, приглашая Феликса и Ирину, но на то явно была цель. Какая - оставалась Феликсу неведомо. Но он надеялся понять, какое настроение сейчас блуждает в окружении августейшей семьи. Времена поменялись, война осталась позади, а, значит, вполне возможно, что теперь многое может поменяться. Конечно, то, что на "Штандарт" не была приглашена Зинаида Николаевна, которая много лет принимала царскую семью в Архангельском, говорило о том, что по-прежнему Императрица не желает ее видеть.
- Татьяна Николаевна, Его Величество оказал нам большую честь, прислав приглашение. Не скрою, это было несколько неожиданно, но Ирина очень рада возможности побыть рядом с вами. Она часто вспоминает ваши прежние встречи. Я думаю, что даже скучает по ним. Сейчас ей немного нездоровится, но думаю, что все быстро пройдет и к вечеру она выйдет. - Феликс улыбнулся, когда заговорила Ольга Николаевна. Не смотря на некую неуверенность в голосе, она заставила его вспомнить о тех временах, когда встречи и прогулки доставляли больше удовольствия нежели сейчас. Нет, конечно, Феликс и Ирина были молоды, и как все остальные молодые люди они спешили заводить новые знакомства и хорошо проводить время со старыми друзьями, но война вынудила несколько пересмотреть свои взгляды на безоблачное веселье.
- Андрей большой выдумщик, Ольга Николаевна, - справедливости ради его выдумки были многим скромнее потех самого Феликса. - Сейчас он в Европе с Ксенией Александровной и Александром Михайловичем. Но уже осенью они приедут в Ай-Тодор, думаю, что вскоре и мы все там соберемся.
Ежегодные осенние поездки в Крым всегда воспринимались Феликсом с особой любовью. Еще в детстве они с Николаем всегда ждали то время, когда вновь воспользуются их вагоном, чтобы отправиться в Крым. И сейчас любовь к этому краю не прошла. Татары, местные жители этих земель, в причудливых шароварах, истинные мусульмане, всегда напоминали Феликсу о его корнях. Ему нравился этот налет восточного гостеприимства, который граничил с почтением к хозяевам этих земель. Ему нравились красоты Крыма, крымские вина и южные ночи, когда можно было собираться далеко за полночь на открытой веранде с друзьями.
- Мы просто соскучились по тому времени, когда в России все было спокойно, - Феликс пожал плечами. На самом деле, он ощущал, что "спокойно" еще не наступит долгое время, пока рядом с царской семьей будет Распутин. Конечно, выход из войны решение здравое, но бывшие союзники восприняли это двояко. Вновь пошли разговоры о влиянии Распутина на царя и его решения. - Знаете, я никудышный теннисист.
Феликс рассмеялся. Однажды он запустил мячом в глаз Великому Князю Михаилу Николаевичу. После этого с "карьерой" теннисиста пришлось закончить. Вновь вернуться к теннису удалось только в Оксфорде, но даже приобретенные навыки там, не позволяли Феликсу серьезно вернуться к этому занятию.
- Вряд ли бы я мог сравниться с Михаилом, - двоюродный брат Феликса, сын его дяди Николая Феликсовича Сумарокова - Эльстон в 1912 году участвовал в Летней олимпиаде и был довольно серьезным соперником для других участников. - Кажется, Его Величество как-то играл с ним? Олег Игнатьевич, вы играете в теннис?
Олега Игнатьевича Ягужинского Феликс видел впервые, что свидетельствовало о том, что к семье Императора он приблизился не так давно. А это означало непосредственное, по мнению Феликса, влияние Распутина. Сейчас только выгодные ему люди входили в окружение Императора и его семьи. Но, тем не менее, человеком он казался добродушным. Проследив за взглядом Ягужинского, который переместился к вещицам Вырубовой, Феликс усмехнулся. Вещички казались ему безобразными, а сама Вырубова - жуткой неумехой.

+2

9

Ягужинский

http://i96.fastpic.ru/big/2017/0626/81/a2d8513a2ab292375b4b535cdfbfe781.jpg

Олег Игнатьевич Ягужинский, граф, 53 года, вдовец, занимает при дворе положения учителя логики для Великой княжны Ольги Николаевны, входит в ближайшее окружение Григория Распутина, идейный вдохновитель кружка, планирующего возвести старшую дочь государя на трон, человек по природе эгоистичный, равнодушный, умный и осторожный.

одет

https://s8.hostingkartinok.com/uploads/images/2017/06/f180a6d00a0c1c0741b6dcabeadc6e43.jpg

Щелк-щелк-щелк. В мозгу Ягужинского одна за другой в ритме танго выскакивали мысли о происходящем, выстраиваясь в ту самую логическую цепочку, обучать строиться которые он и должен был старшую из Великих княжон. «Каюсь, каюсь, стар, грешен, проморгал», - думал граф про себя, сияя как только что начищенный носок сапога. - «Никого из братцев-дядьёв-племянников не взяли, а про Юсуповых я и думать забыл, а царь-батюшка, чтоб ему пусто было, видно так и рассчитал: царевнам скутотища станется смертная, вот и надо им в собеседницы Ирину Александровну сообразить. И супруга ея почтенного такоже. А что? Нынче у нас граф Сумароков-Эльстон остепенился, это вам не поросль князя Владимира да беспутный Дмитрий Павлович, что по балеринкам мечутся и шампанское хлещут без просыху. А я-то, старый пень, как забыл про него?» - еще на подходе к говорящим Олег Игнатьевич успел навострить ушки на макушке и услышать конец разговора, а сейчас и вовсе старался уловить каждую фразу, разумеется, при этом не меняя на лице маску расслабленного отдыхом эпикурейца. «Допустим, с Ириной свет Александровной девицы мои не сойдутся, та нынче занята ребенком и много с ней не натанцуешь-нагуляешь, а вот Феликс Феликсович, подлец, меня подсидеть может, ежели захочет. И беседу поддержать, и развлечения разделить, но то – ежели захочет. Значит, надобно мне аккуратненько так, бочёчком, на цыпочках, подкрасться к разговору про Григория нашего Ефимовича, неловко так, как бы невзначай. А там уж они сами друг другу камни в огород накидают», - будучи неплохим психологом, привыкшим угадывать и распознавать связи между людьми, благодаря чему, собственно говоря, Ягужинский и добился своего высокого статуса, он с чуткостью паука, заметившего, как мотылек задел краем крыла его паутину, сразу обратил внимание на напряженность между князем и Татьяной Николаевной. «Гувернанточка-то наша поумнее моей будет. Ни в какую не уступает. А Ольга душа Николаевна, ума не великого, вот и юлит. Вечно у нее, как у батюшки августейшего, одно желание – кабы и волки сыты, и овцы целы. Токмо при таком раскладе пастуху одному - вечная память. Эх, не сподобил Господь сестриц родиться наоборот. Со второй толку поболя, поболя будет», - хваля про себя младшую из Великих княжон, Олег Игнатьевич умудрялся лукавить даже самому себе, прекрасно понимая, что влиять на неуравновешенную, чрезмерно мягкосердечную, капризную Ольгу в разы легче, нежели усыплять бдительность мнительной Татьяны.
- Да уж приглядим за псинкой Вашей, Татьяна Николаевна, не сомневайтесь, - простодушная физиономия графа едва не мироточила умилением. – Славная, ей-богу, славная зверюшка! Грешным делом об обзаведении такой же задумываюсь. Как вернемся, немедля же разыщу Дмитрия Яковлевича, благо, говорят, уланы Матушки нашей Государыни, уже, слава Богу, вернулись, и выспрошу у него, где ж столь затейную зверушку приобрести случилось? - сделав очередной «реверанс» в адрес «Гувернантки», Олег  Игнатьевич шутейно погрозил пальцем Ольге и тут же сменил гнев на милость. – Какие уж уроки, голубушка Ольга Николаевна? Помилуйте! В такие-то дивные погоды истинно занудство твердить теорию! Что Вы там такое прескучнейшее читаете? – граф вытянул короткую шею, пытаясь подсмотреть обложку. – Что-то из господ с Туманного Альбиона? Полноте, матушка! Я вот с собою взял вырезки из газетки одной полистать, все никак руки не доходили. Там некто господин Маркс больно бойкие легенды крымского народа изложил, ох и затейники были наши татары! Не хуже Шахерезады пели! Как вдруг залюбопытствуете, то немедля принесу и отдам в Ваше владение, - Ягужинский давно изучил характер романтически настроенной ученицы, и закружить ей голову сказками да мистическими туманами было несложным делом. После чего настал черед и князя Юсупова, которого, кажется, Ольга, не смотря на откровенно глупые и сумбурные речи, настроила на примиряющий лад. Эх, приди Олег Игнатьевич чуть пораньше, он бы успел оттеснить Феликса Феликсовича. Молод тот еще тягаться со старым, опытным в закулисных интригах лисом, но теперь не поделаешь ничего: да-с, проморгал! Ну, ничего-ничего, успеем исправиться. Успеем.
- Увы и ах, Ваше Сиятельство, при моих годах да немочи подобные игры только курам на смех, - сокрушенно покачал головой Олег Игнатьевич, всем своим видом демонстрируя глубочайшую печаль по поводу невозможности разделить этот вид увеселения с молодежной. – Я ж с молодости калечный. Знаете ли, душа горела в кавалеристы пойти, отечеству послужить, и, представьте себе, неловко с коня упал, а он, дурашка, шарахнулся и натоптал мне на ногу, негодник. С тех пор хром безбожно, приходится даже в обувь подкладывать подслед войлочный, дабы шибко заметно не было. А уж колено совсем криво срослось, от того и ходок из меня не великий, и визави в теннис - никудышный. Вот пострелять попробуем, тут наука не хитрая. Дай Господь Всемогущий, погоды устоят, то может случиться преизряднейшая охота. Хоть и не сезон, а думаю не солоно хлебавши не уедем, - Ягужинский задумчиво пощупал гладко выбритый подбородок. – Как Вы все же дельно заметили: мы  воистину соскучились по покою в доме своем. Давненько ни об чем ином речи не вели, окромя сводок с фронту. Какую газету не откроешь – одно по одному. Устали мы все, устали, - Олег Игнатьевич примолк, как будто погрузившись в невеселые думы о жатве, собранной этим конфликтом, и тут же встрепенулся, словно стряхивая с себя цепи зыбкого кошмара, оставшегося далеко позади. – Но теперь ужо дело налаживается. В народе говорят: худой мир лучше доброй ссоры, а уж вековой мудрости нашим предкам не занимать, - со всей серьезностью заметил потомок лютеранского органиста, обращаясь к тем, в чьих венах текла кровь немецких принцесс и мусульманского мирзы.

+2